Вьетнамская тюрьма работоголика0

За последние полгода я как по нотам отыграл полноценное погружение в работу до состояния, в котором ты становишься слугой этой работы, теряя смысл и обычной жизни за её пределами, и вообще всего того, что ты на этой работе делаешь.

Вырваться из этого, когда ты в яме, кажется, невозможно. Ну вот сейчас мне именно так и кажется — невозможно, не выйду, сдохну тут, скорее всего, всё закончится именно на этом.

Где-то там внутри, конечно, в процессе ты порой по старой привычке попадаешь в то, что в популярных статьях называется состоянием потока, но потока этого очень мало, и ты обычно целыми днями по 7 дней в неделю перекидываешь горы смыслового мусора из одной кучи слева в другую справа.

Я, конечно, нашёл для себя на своей проклятой работе отдушину, и не одну, где в этот свой поток с радостью и каким-то страхом и стыдом даже перед непонятно кем ныряю. Я как бы думаю, что мне следовало бы прямо сейчас заниматься другим, важным для своего коллектива, учредителей, каких-то плохо знакомых мне людей в мире за пределами офиса делом, но я понимаю, что если я сейчас не хлебну свежего воздуха, то я просто сдохну, сука, прямо в кабинете, свалюсь со стула или в окно выйду, лишь бы больше не ковыряться в этих проклятых таблицах, не уговаривать часть сотрудников делать то, за что они получают серьёзные деньги, и не вот это вот всё остальное.

И вот я, нагруженный виной за этот сход с тропинки, и даже, быть может, коренным стыдом, что я какой-то не такой, тихонько два часа взахлёб пишу тексты или беру интервью, или жадно начитываюсь тем, что я так люблю читать, но буквально каждую минуту я думаю о том, что надо, блин, срочно опять работать, потому что иначе не успею, сорвётся, наругают (непонятно кто), я буду неуспешен, не будет денег, другие работают больше, эффективнее, мы могли бы заработать больше, это зависит от меня, вдруг сотрудники увидят, что я делаю что-то не то, что следовало, и ещё тысяча мыслей, которые вновь выдирают меня из этого потока и суют обратно в спёртый воздух таблиц, денег и неэффективных исполнителей. Всё это обвешано темой про достигать, она смотрит на меня из этих же таблиц, еженедельно разбираемых на запчасти KPI, недельных квот, месячных планов, рекламы на стенах лифта в моём доме, в рекламных вставках в YouTube, в зашитых непонятно когда и непонятно кем в меня зависти, злости, страхе.

Я сегодня планировал себе неделю следующую — с пятницы по четверг включительно. Так выглядит график с четверга по воскресенье:

Вьетнамская тюрьма работоголика1

Видите, пятница начинается только официально в 6.45. В гугл.календаре только то, что никак нельзя отменить. Жёлтое — встречи с людьми. Красное — неотменяемые дела, которые надо точно сделать в четверг, иначе конец, планета слетит с орбиты и вхерачится в стену мирового зла где-то между Венерой и Меркуриуем. Синее — ну, просто задачки. Зелёное — встречи за пределами офиса. Фиолетовое — не основная работа.

Это подвижный календарь, и завтра, в пятницу, я набью себе воскресенье сверху донизу, и всё это будет какая-то тоже работа. Я бы мог что-то подзабыть, но это почти невозможно, потому что на меня работают современные технологии. Как только мне летит очередная невероятной важности задачка, я хоть с компьютера, хоть с телефона, пишу её в удобнейший тудуист, который заносит её в нужные даты и дублирует в гугл.календарь, который тоже вшит в телефон, и всё это мигает мне всеми цветами радуги из каждого утюга, лишь бы я не забывал, что надо срочно сделать очередное рабочее дело.

То есть завтра я буду пахать с раннего утра до 7 вечера, и после 7 вечера тоже буду делать задачки, которые налетят в течение дня, и ни одна из этих задач не будет иметь ко мне почти никакого отношения, и удовольствие мне доставят только несколько жёлтых блоков, которые обозначают встречи с любимыми мною подчинёнными, которые вшиты в построенную мной систему и чётко делают то, что необходимо.

В субботу я придумал себе рабочую поездку по региону, чтобы хотя бы за рулём не тупить в телефон, но фактически это тоже работа, просто завёрнуто в поездку на машине куда подальше от окончательно осточертевшего города. К моменту, когда я вернусь в Читу вечером в субботу, воскресенье будет заполнено сверху донизу.

Я пока писал всё это, понял, что я ненавижу все эти календари, почти всю эту работу ради непонятно чего, высосанные из пальца побеги от городской реальности, современные технологии, которые как будто специально сделаны для того, чтобы холить и лелеять твою зависимость, накачивать её веселящим газом тяжёлого аддиктивного безумия. Когда-то я это любил, умел отдыхать, отвлекаться, наслаждаться тяжёлой нагрузкой, а теперь я просто Сизиф, который каждый день лезет на вершину лишь для того, что вечером свалиться в кровать, а с утра опять карабкаться к бестолковой субботе. Опять же — что я любил-то? Бухать после работы? Ехать в субботу за 100 километров от дома, чтобы от души нажраться с видом на озеро, а потом отходить от этого до вечера понедельника? Ладно, не буду начинать.

Это и правда вьетнамская тюрьма, после выхода из которой ты просто не умеешь любить, гордиться, уважать, быть уверенным, принимать и отпускать.

Вопрос в том, что я вышел из неё почти 2 года назад, но так ничему и не научился. Мне только хуже становится.

И страшнее. Мне прям реально кажется, что я в этом сдохну, так ничего и не испытав, никого полноценно не полюбив, никому не доверившись, не сумев принять и понять себя самого и всё то, что меня окружает.

***

Подписывайтесь на мой канал в телеграме, туда я почаще пишу.

Вам может понравиться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.